Давайте деньги, господа!

Опубликовано: 19 Мар 2010 Автор: Иван Ростов

Слово «благотворительность» у одних вызывает восторг, а у других — раздражение. Почему вместо искренней и беззаветной заботы оно стало обозначать в современной Украине нечто совсем другое, зачастую трагикомическое и пародийное? Давайте поймем, где, когда и как благотворительность становится своей полной противоположностью.

Помоги ближнему

Прежде чем разбираться в истоках и проявлениях милосердия, согласимся исходно с тем, что человек — существо коллективное. Это значит, что устраивать взаимоотношения с представителями своего вида ему приходится гораздо сложнее, чем одиночкам. Нам с вами не просто приходится метить территорию и прогонять со своего частного пространства непрошеных гостей, но и уживаться с себе подобными. А среди них — и сильные, и слабые, агрессивные и миролюбивые, молодые и старые. Возникают разные виды отношений, из которых нас интересует взаимопомощь, а точнее — помощь сильного слабым или какому-либо нуждающемуся сообществу.

Точно известно, что на территории Ирака уже неандертальцы не бросали слабых. В пещере Шанидар найдены останки 50-летнего человека, который при жизни имел поврежденный глаз (излеченный перелом левой глазной орбиты); большую часть своей жизни, возможно, с рождения — атрофированные правую руку и правую ногу, а также множество физических травм. Он был более двадцати лет беспомощен. Стало быть, его группа заботилась о нем. С тех (а может быть, и более ранних) времен в человеке борется два отношения к ближнему — помочь или самоустраниться от его бед.

Древние греки и римляне старались избегать самого вида нездоровья и нищеты. Культ здоровья порождал отвращение и ужас к слабости; встретить нищего считалось даже дурным предзнаменованием. Редко кто в античном мире высказывал иную позицию. Выкупать пленных, обогащать бедных, говорит Цицерон, значит тоже служить государству. У одного из Плиниев есть слова о том, что нужно разыскивать и поддерживать тех, кто находится в нужде, окружая их как бы товарищеским союзом.

Однако государственная жизнь привела римлян к пониманию того, что помощь нужна прежде всего тем, кто творит прекрасное. Гай Цильний Меценат при императоре Августе был покровителем искусств, другом Горация и других поэтов. С той поры меценатом именуют человека, материально помогающего искусству и культуре без цели немедленного получения прибыли. Такими в будущие века станут Николай Румянцев, Павел Третьяков, Савва Морозов.

Благотворительность появляется вместе с христианством. Иисус начал свою проповедь о царстве Божием с того, что призвал в него и обещал в нем блаженство всем обездоленным, всем плачущим, алчущим, жаждущим и гонимым, труждающимся и обремененным. Первые уверовавшие во Христа в Иepусалиме под влиянием охватившего их религиозного порыва отказывались от частной собственности, продавали свои имения и раздавали всем нуждающимся (Деяния Апост., II, 44). Первая христианская должность была учреждена апостолами, собственно, для целей благотворительных: семь человек поставлены были для служения трапезам, т. е. для заведования имущественными средствами христианской общины и для справедливого распределения их между нуждающимися. Когда в первом же веке новой эры голод дважды посетил Палестину, новообращенные жители Антиохии, Македонии и Греции присылали богатую милостыню. Таковы первые исторические проявления неразрывной связи между христианской религией и благотворительностью. Когда христианство восторжествовало в Римской империи, то торжество это ознаменовалось созданием разного рода богоугодных заведений, которых во времена язычества совсем не существовало. Отцы церкви неустанно призывали к благотворительности и указывали на нее как на одну из главнейших добродетелей христианства. «Лишний хлеб, сберегаемый тобою,— говорит св. Василий Великий,— принадлежит голодному, лишнее платье — нагому, а серебро, зарытое тобою,— бедному». «Всякий раз,— восклицает св. Златоуст,— когда мы не будем совершать милостыни, мы будем наказываемы, как грабители». Но, обращаясь к богатым с самыми настоятельными увещаниями, они в то же время объявляли, что ничего не хотят предписывать относительно количества милостыни, предоставляя это сердцу каждого. Ислам четче подошел к этой проблеме и ввел закят — обязательный годовой налог в пользу бедных, нуждающихся, а также на pаз¬витие пpоектов, способствующих pаспpостpанению ислама и истинных знаний о нем и т. д. Есть еще и добровольная милостыня.

Был ли король Жан Добрым?

Еще со времен Древнего Рима богатые люди поняли, что бедность одних и щедрость других можно использовать в борьбе за власть. Выработалась политтехнология, которая условно была названа «хлеба и зрелищ!». Это была откровенная покупка голосов избирателей за деньги, еду, ценности, зрелища. Такая политика привела к тому, что, например, в Риме определенная часть населения вообще перестала работать. Они стали жить на подачки. Не будучи ни больными, ни инвалидами, ни ущербными. В городе появилось множество бедных бездельников, которым демонстративно помогали претендующие на власть. Такая ситуация возникает везде, где много бедных избирателей. Всем хорошо: одни кормят и властвуют, другие едят — и голосуют.

Однако в странах, где прижились человеколюбивые религии, в какой-то момент сильным мира сего стало понятно, что добротой дающего стали злоупотреблять. В Средние века утвердились целые корпорации профессиональных нищих, которые не только просили, но и занимались тем, что сейчас зовется рэкетом. И тут сердца правителей не выдержали: в середине XIV века два европейских монарха-кузена — король Франции Жан II Добрый и Эдуард III Английский — издали законы, запрещающие здоровым людям под угрозой жестокого наказания клянчить. Так милостыня отделялась от подачки. Можно на улицах играть на музыкальных инструментах, животных демонстрировать — это считалось честным трудом, а протянутую здоровую руку и отрубить могли. Во Франции закон отменила революция, а в Англии он действует по сей день, только без ссылки на галеры.

Злоупотребление подачками привело к тому, что для любых выборов в средневековой Европе введен имущественный ценз: не заработал — не вступай в ответственность за дела самоуправления. Кстати, одной из причин введения пропорциональной системы голосования было нежелание продолжать покупку конкретным пивом конкретных алкоголиков.

Особенно бессовестной стала покупка голосов и лояльности на постсоветском пространстве, с появлением первых ростков бизнеса. Эту ситуацию можно назвать: «Нищий — лучший друг олигарха». Ведь представителя среднего класса задешево не купишь, тем более — высшего, а обездоленного — пожалуйста.

Спешите делать добро

В России и Литве меценатство было уделом правящих особ и крупных магнатов. О великой подвижнической деятельности князя Острожского наша газета писала («НД», № 14, 2007, ст «Князья Острожские»). А вот другой пример. Федор Михайлович Ртищев был одним из ближайших сподвижников царя Алексея Михайловича. На месте своего участка он построил монастырь, открыл училище, где и «обучали языкам славянскому и греческому, наукам словесным до риторики и философии» вызванные им киевские монахи. Во время голода в Вологде, не имея денег, продал свои одежды и дорогие сосуды в помощь потерпевшим; жителям Арзамаса уступил бесплатно свои лесные дачи; участвуя в войне с поляками и литовцами в поддержку Богдана Хмельницкого, он особенно заботился о раненых, как своих, так и иноземных. Умирая, Ртищев завещал отпустить слуг его на волю и не притеснять крестьян.

В пореформенной России все сколь-нибудь обеспеченные подданные его величества входили в благотворительные общества. Для неразорившихся дворян и купцов первой гильдии такая деятельность была обязательной. Вот, например, в Харькове в 1867—1870 годах при губернаторе Петре Павловиче Дурново все небедные сословия собирали деньги на благоустройство города. На средства самого губернатора были построены лестница на Университетской горке и Александровская больница. Члены императорской фамилии тоже активно участвовали в этих обществах своими средствами и личным присутствием.

В основу системы, введенной немецким городом Эльберфельдом с 1852 г., положено убеждение, что каждый призреваемый должен быть зарегистрирован и проверен. Управление призрением бедных там было сосредоточено в руках особой депутации из бургомистра, четырех членов городского совета и четырех членов, выбранных из граждан. Каждому попечителю приходится иметь дело не более чем с 5-6 бедными семьями, которые он может изучить во всех подробностях их быта. Все нуждающиеся разделяются на два основные класса: способных и не способных работать. Вторые имели право на призрение, если нет лиц (родных), которые обязаны их содержать. Первые же получали пособие в тех случаях, если при всем старании не могли найти себе работу.

Так создавалась та система, которая позволяет государству сотрудничать с гражданским обществом в деле помощи нуждающимся, способным и социально необходимым.

Помощь и благопоказуха

Кроме простой благотворительности и меценатства есть еще один вид помощи — спонсорство. Это финансовая помощь на проведение какого-либо мероприятия или проекта, подразумевающая размещение логотипов и названия спонсора на рекламных и раздаточных материалах. Если мы видели, что благотворители прошлого (и многие их современные зарубежные коллеги) точно тратили деньги на общественно-полезные вещи, то спонсорство в отличие от меценатства не всегда имеет воспитательное значение для государства и общества. Суть спонсорства всегда в возврате: благотворительность плюс пиар, плюс доход, плюс… плюс…

Спонсорство на Западе — дело уважаемое и серьезное. Именные благотворительные фонды, проработанные программы, система грантов и стипендий. И люди точно знают, кто интересуется судьбой того или иного направления в науке, искусстве и т. д. Ясно, кому, зачем и сколько. Да и процедура получения помощи не унизительна, а вполне взаимовыгодна. Сам же спонсор имеет серьезные налоговые льготы. Увы, украинским законодательством этот вопрос полностью не урегулирован, однако в среде наших состоятельных граждан принято отчислять пятую часть чистого дохода на общественно полезные цели. И за годы независимости многие фонды подошли к тому, чтобы работать по цивилизованным правилам.

Увы, перенесенное на нашу почву, спонсорство становилось часто карикатурным. Суперхвастливость благотворителя приводила к тому, что шум вокруг события или затраты на пиар иной раз превышают КПД самой благотворительности. В 2000 году в Харьковском зоопарке умер слон. Понятное дело, слоновник пустовать не должен, и будущий нардеп Фельдман громогласно объявляет: «Купим городу слона!» Весь город собирал деньги, несовершеннолетнюю слониху Тенди доставили и поселили в слоновник. Фонд «АВЭК» протрубил, что это заслуга лично нашего дорогого Александра Борисовича Фельдмана. Об этом сообщили не только в газетах и по телевизору, но и мемориальной доской таких размеров возле вольера, рядом с которой Тенди, пока не подросла, выглядела мышонком. И так во всем — в выборах, в БЮТе, в борьбе за посты и любовь народную.

Но особенно хвастливость спонсоров проявляется в помощи детям. Вы видели новости на харьковских телеканалах 1 июня, в день защиты детей? Пять-шесть сюжетов о том, как детские дома, интернаты и просто школы получают подарки. Достаточно простого калькулятора, чтобы посчитать стоимость помощи и сравнить с ценой эфирного времени. Разница, однако… Я вовсе не клеймлю депутатов-благодетелей: в конце концов, даже показушная и хвастливая благотворительность лучше, чем никакой. Я также понимаю их пиарщиков, которые знают только одну технологию работы с «контингентом» — шару, но посмотрите, господа, на то, как это делают в других странах и вспомните библейское: пусть правая рука не ведает, что творит левая.

Дмитрий Губин

Комментарии закрыты.